Крылатое выражение «Генералы всегда готовятся к прошлой войне» приписываемое У. Черчиллю актуальности не потеряло. Как гласит древняя мудрость: «Постоянными бывают только перемены». Достаточно часто будущее наступает не как плавная линия, а как резкий скачок. И это для подавляющего большинства людей оказывается полной неожиданностью. Опора на устаревший опыт, при том что методы ведения дел кардинально поменялись, характерно для человечества вообще, но итоги этого на очередной войне заметны как ни где, потому что сиё оборачивается колоссальными человеческими потерями, зачастую утратой государственности, огромных территорий и иными тектоническими сдвигами.

 После 1-й Мировой, когда противники в буквальном смысле годами сидели в окопах друг против друга, во многих странах получила широкое распространение идея долговременных оборонительных линий, с огромными усилиями и финансовыми затратами претворённая в жизнь. Началось с первой и самой мощной, на тот момент в мире линии Мажино (Франция): 400 км в длину, 264 тыс. солдат, 7,7 сооружений на километр фронта. Подобное строилось и в Германии (линия Зигфрида), и в Финляндии (линия Маннергейма), и в ряде иных государств.

 По этой же стезе пошёл и СССР с 1928г. Общая протяжённость фортификационной линии Сталина (название не официальное – пришло с запада) составила 1850 км, при этом между укрепрайонами (УР) оставлялись проходы (их общая длина 650 км). Цепь оборонительных сооружений протянулась вдоль западных границ СССР практически «от моря до моря». Своими флангами линия упиралась в Чёрное море и в Ладожское озеро на Карельском перешейке. Обойти её фактически было невозможно, однако слишком большая протяженность не позволяла создать достаточную плотность обороны. На 1-м этапе возведены 13 УР: Карельский, Кингисеппский, Псковский, Полоцкий, Минский, Мозырский, Коростеньский, Киевский, Новоград-Волынский, Летичевский, Могилёв-Подольский, Рыбнинский, Тираспольский. Их протяжённость по фронту составляла от 50 до 150 км. УРы включали препятствия и передовые дислокации глубиной до 12 км и основные позиции глубиной до 4 км. С учётом местности, фланги прикрывались естественными препятствиями, и каждый УР перекрывал какой-либо важный маршрут возможного передвижения противника. Основной их задачей ставилось удержание приграничных районов до мобилизации главных сил, а отнюдь не полная остановка и разгром врага, как ошибочно полагают многие.

 В 1938 г. началось сооружение новых дополнительных УРов между уже действующими: Усть-Лужский, Островский, Себежский, Слуцкий, Шепетовский, Изясловский, Старо-Константиновский, Проскуровский, Остропольский, Каменец-Подольский. В совокупности построено более 4000 различных долговременных огневых точек (ДОТов) и масса иных инженерных объектов.

 После присоединения к СССР в 1939-40гг. Западной Белоруссии, Западной Украины, Прибалтики и Бессарабии –линия Сталина была законсервирована, и примерно на 300 км западнее стала возводиться новая линия Молотова. Перемещаются гарнизоны. Вооружение со старых укреплений в большинстве снято: что то сдано на склады, что то передано на новые фортификации.  Г.К. Жуков в своей знаменитой книге объяснял это нехваткой пушек и пулемётов. И к 22 июня 41г. большая часть старой линии была фактически разоружена, а новая ещё не завершена (лишь в 35% ДОТов успели установить пулемёты и артиллерию). Это стало одной из катастрофических ошибок.

 Военные доктрины устаревают быстрее, чем строятся укрепления. Линия Сталина сооружалась более 10 лет. За десятилетие военное дело изменилось настолько, что сама концепция стационарной обороны была поставлена под сомнение. И данный грандиозный проект становится жертвой сразу 3-х факторов: изменение военной доктрины, политического решения о переносе границы и управленческой ошибки с преждевременным разоружением старых УРов до окончания новых. Огромные затраты материальных и финансовых ресурсов, годы труда не принесли желаемого результата. Война пришла не такой, какой её ждали.

 Впервые я полазал по заброшенным железобетонным ДОТам ещё в далёком послевоенном детстве (наша семья жила в г. Пыталово Псковской области – невдалеке от фортификационных сооружений Островского УРа). Во время срочной службы неоднократно проезжал мимо полуразрушенных защитных объектов Шепетовского УРа на Западной Украине, где невдалеке дислоцировался наш гвардейский полк. В зрелые годы посещал весьма впечатляющий военно-исторический музей под открытым небом «Линия Сталина» в Белоруссии под Минском; выставочный комплекс «Сестрорецкий Рубеж» на Карельском перешейке (см. фото); мемориальный комплекс «Островский УР» в Псковской области и как профессиональный инженер-строитель высоко оцениваю качество и объём работ наших предков.  Масштабы поражают грандиозностью, это один из крупнейших оборонительных проектов, когда-либо осуществлённых в истории человечества. Сравнить можно лишь разве с Великой китайской стеной.

 Следует так же отметить, что в отличии от той же линии Мажино, превосходившей советскую по плотности фортификационных сооружений, но оказавшейся полностью бесполезной (немцы её просто обошли), некоторые участки системы военно-технических укреплений линии Сталина свою роль в определённой мере всё же выполнили. Так Минский УР вёл оборонительные бои с 26 по 29 июня и вывел из строя около 300 танков врага и взятие Минска состоялось вместо 27.06 лишь 29-го, при этом ещё 30 июня в городе шли бои. Полоцкий укрепрайон сдерживал противника 20 дней. Киевский УР с начала июля по 19 сентября 1941г. служил основой обороны столицы Украины. Полностью, и даже сверх поставленных задач, справился со своей функцией один единственный УР №22 – Карельский – до июня 1944г. он служил основной линией обороны Ленинграда с севера. Но, повторю, лишь 1 из 23 – поэтому в целом КПД не впечатляет. Но, как известно, развитие идёт по спирали и боевые действия современности (многолетнее проламывание Российской армией оборонительных рубежей на Донбассе, сооружаемых Украинским режимом при активнейшей поддержке НАТО те же 10 лет; громкая история с нашими недостроенными укреплениями в Курской области) говорят о вновь появившейся насущности и злободневности казалось бы давно канувших в былое методов долговременной защиты.

  Следующее. В послевоенных мемуарах советских военачальников неоднократно озвучивалась мысль, что НИКТО не мог предположить, что немцы в 41-м такими мощными силами прорвут оборону так внезапно. Однако это не соответствует действительности. Провидцы были, их тезисы публиковались и озвучивались на высшем командном уровне РККА, однако, к несчастью, не воспринялись серьёзно. Советский военный теоретик Георгий Самойлович Иссерсон в 1940г. выпускает книгу «Новые формы борьбы», где на примере скоротечного поражения Польши в сентябре 1939г. исключительно точно определил и описал суть «небывалой стратегической внезапности» реализованной Вермахтом и в 1940г. (Франция) и предсказал 1941г. Однако, как известно, «пророков нет в отечестве своём…». Командование РККА придерживалось той же стратегии, что и поляки в 1939г., фактически не заметив, что немцы на просторах Польши и в Арденнах совершили революцию в военном деле, отказавших от приграничных сражений и постепенно развивающегося фронтального наступления. И основную цель командование агрессора видело не в захвате территории, а в скоротечном разгроме основных сил противника и нанесении непоправимого ущерба его военно-экономическому потенциалу в целом.

 Командование РККА объясняло поражение Речи Посполитой недееспособностью польского правительства и слабостью их армии. В военно-политической элите СССР господствовало достаточно высокомерное отношение к Польше, особенно после лёгкого для Красной армии марша по свержению «Панского Орла» (как говорило тогда советское радио) в конце сентября 1939г. Соответственно, в руководстве РККА не считали нужным должным образом изучить проведенную Вермахтом кампанию против, как многим казалось, заведомо более слабого противника.  

 Однако подобные сентенции – не более чем дань политической конъюнктуре. Посетившие Варшаву незадолго перед германским вторжением представители высшего командования вооружённых сил Великобритании давали высокую оценку польским войскам и даже считали их более сильными, чем Красная армия. И оснований для подобных взглядов хватало. Польские кавалерийские бригады были достаточно оснащены противотанковым вооружением. ВВС располагали современными бомбардировщиками «Лось». В ходе сентябрьских боёв зафиксирован факт, когда немецкие танкисты бросив собственные Т-1 предпочли пересесть на польские трофейные 7 ТР, как более мощные и надёжные.  И, один из всегда в прошлых войнах главнейших показателей: у нападавших численность 1,5 млн. бойцов, у оборонявшихся -1,3 млн., любой грамотный генерал того времени посчитал бы это почти полным паритетом, тем более для функций обороны.

 На этом фоне быстрый и полный разгром польских войск стал полной неожиданностью не только для самих панов, но и для их союзников – Англии и Франции. Причины же внезапного и сокрушительного поражения как Польши, так и, спустя полгода, Франции точно охарактеризовал английский военный историк Лиддел Гарт: «Непонимание новых способов войны и официальное сопротивление им оказалось во Франции ещё сильнее, чем в Англии, а в Польше – сильнее, чем во Франции».

 Об этом же, но более конкретно, говорил и Г.С. Иссерсон в своей работе: «Война вообще не объявляется. Она просто начинается… Мобилизация и сосредоточение относятся не к периоду после наступления состояния войны… а незаметно, постепенно проводятся задолго до этого. Разумеется, полностью скрыть это невозможно. В тех или иных размерах о сосредоточении становится известным. Однако от угрозы войны до вступления в войну всегда остаётся ещё шаг. Он порождает сомнения, подготавливается ли действительно   военное выступление или это только угроза. И пока одна сторона остаётся в этом сомнении, другая… продолжает сосредоточение, пока, наконец, на границе не оказывается развернутой огромная вооружённая сила».

 Реакцией на эти пророческие тезисы стали не только жёсткая критика типа: «Польша и Франция помещичьи и буржуазные страны и не могут равняться с СССР!» или «Какой-то полковник нас маршалов учить будет!», но и арест под надуманным предлогом накануне начала ВОВ. В Генштабе РККА по-прежнему считали, что война между такими крупными державами, как Германия и Советский Союз должна начаться по ранее существовавшей схеме: главные силы вступают в сражение через 10-15 дней после приграничных боёв. Т.е. фашисты не смогут сразу выступить всеми силами, т.к. это потребует их отмобилизования и сосредоточения. 3-й Рейх в отношении сроков развёртывания ставился в одинаковые условия с нами.

  По некоторым данным, много позже Г. С. Иссерсон в разговорах утверждал, что если бы учли хотя бы часть его рекомендаций, то немцы в 1941 г. не прошли бы дальше Минска. Но, к глубокому сожалению, человек, чьи качества настоящего стратега так бы пригодились на фронте, всю войну провёл в заключении и освобождён с полной реабилитацией лишь в 50-х.

 Далее. Хотя вхождение 3-х Прибалтийских республик в Советский Союз прошло мирно и простой народ в целом поддержал советизацию, хватало и недовольных, в том числе и во влившихся в Красную армию войсковых частях. Так литовские солдаты (см. фото) стали проявлять массовое неудовлетворение и раздражение. По их словам, при капиталистах они ели хорошо и вкусно, а при коммунистах их стали кормить как собак. Ещё большее возмущение вызвала национализация предприятий, банков, крупных домовладений и т.д. На банковских вкладах в республике оставили не более 1 тыс. рублей (три средних зарплаты в СССР). Всё остальное изъяли. Большая же часть офицеров являлись выходцами из зажиточных семей и потеряли немало. Наряду с этим возник дефицит промтоваров и продуктов. Недовольство военнослужащих-литовцев росло. И тайной для высшего руководства и спецслужб данные факты не являлись. Произведены ряд перестановок кадров и даже арестов. Но этого оказалось явно недостаточно. Тут бы командованию РККА проявить настоящую, реальную бдительность – отправить эти части в глубь СССР и там разбросать по другим подразделениям. Но этого сделано не было. И уже 23 июня 1941г. на 2-й день войны восстаёт 184 стрелковая дивизия, практически полностью состоящая из литовцев. Русскоязычные командиры и политруки перебиты. Нанесены удары и по флангам и тылам соседних полков Красной армии. 24.06 почти вся дивизия дезертировала с фронта. Большинство прибыло в Вильнюс для грабежа евреев и сочувствующих советской власти.

 В результате такого массового предательства в запланированной линии обороны образовалось огромное незащищённое «окно». Именно это позволило фашистам практически без сопротивления продвинуться далеко вперёд и ударить в тыл корпусов Западного фронта.  Измена дивизии стала одной из главных причин разгрома армий, которыми командовал генерал Д.Г. Павлов и последующих неудач начала войны. Несомненно, использование чисто национальных частей на важнейших участках –весьма серьёзная ошибка советского командования. После войны об этом старались не вспоминать. Как показали дальнейшие события ВОВ моноэтнические формирования без русскоязычных оказались наименее боеспособны, эффективны были в\ч, где доля последних составляла не менее 75%.

 Прошлое не вернёшь и совершённые ошибки не исправишь. Но знать о них следует. Старая истина: «Хочешь мира – готовься к войне» и готовься основательно, учитывая огрехи прошлого и значительную вероятность неочевидного развития будущих событий.

 

Павлов Ю.А.- вице-президент ОО СПб «Клуб ветеранов – генералов и адмиралов»,ветеран боевых действий

22 июня 2026 г.